Мне всегда казалось, что военная техника — это мир строгой системности, где каждый образец имеет уникальное обозначение и не может быть перепутан с другим. Однако чем глубже погружаешься в историю советского вооружения, тем чаще сталкиваешься с парадоксальными совпадениями. Одинаковые названия у совершенно разных боевых машин — это не редкость, а скорее увлекательная закономерность, за которой стоят десятилетия эволюции инженерной мысли.
Прежде чем перейти к конкретным примерам, стоит разобраться в терминологии. Всем знакомые «Гвоздики», «Акации» и «Тюльпаны» — это вовсе не официальные имена боевых машин. Такие обозначения присваиваются опытно-конструкторским работам и фигурируют в руководящих документах как шифры. Если же открыть техническую документацию, то там можно встретить совсем другое наименование, например «122-миллиметровая гаубица 2С1». Подобная двойственность порождает немало путаницы даже среди людей, интересующихся военной историей.
Что же означает индекс 2С1? Это обозначение из системы ГРАУ — Главного ракетно-артиллерийского управления. Данное ведомство выступает заказчиком для артиллерийских систем, ракетного вооружения, стрелкового оружия и средств индивидуальной бронезащиты. Любопытно, что даже у мультитула из комплекта «Ратник» есть свой индекс — 6Э6.
Мультитул 6Э6 из комплекта боевой экипировки «Ратник»
А вот у танков и боевых машин пехоты подобных индексов нет, поскольку их разработкой занимается другое управление — ГАБТУ, отвечающее за автобронетанковую технику. Авиация и флот также имеют собственные системы обозначений. Индекс ГРАУ уникален и никогда не повторяется, а вот названия опытно-конструкторских работ, ставшие нарицательными для техники, могут встречаться в совершенно разных эпохах и относиться к принципиально разным машинам.
Танк Т-80: две эпохи, два характера
Наиболее яркий пример такого пересечения — обозначение Т-80. В истории отечественной бронетехники существовало два танка с этим названием, между появлением которых прошло более тридцати лет. И это были машины совершенно разного класса и назначения.
Первый Т-80 появился в разгар Великой Отечественной войны. Его разработкой занималось конструкторское бюро Горьковского автозавода под руководством талантливого инженера Николая Астрова. По сути, это была глубокая модернизация лёгкого танка Т-70. Машина получила новую двухместную башню, усиленное бронирование и усовершенствованный механизм наводки орудия с максимальным углом возвышения до 65 градусов.
Прототип лёгкого Т-80 во время испытаний на полигоне в Кубинке, 1942 год
Зачем лёгкому танку такой большой угол подъёма пушки? Идея заключалась в том, чтобы экипаж мог обстреливать огневые точки противника на верхних этажах зданий, а также вести огонь по низколетящим самолётам. Это не преувеличение. Инициативу активно продвигал генерал-лейтенант Иван Конев, командовавший тогда Калининским фронтом и впоследствии ставший маршалом.
Т-80 с орудием, поднятым на максимальный угол возвышения
Однако новая башня с увеличенным погоном и сложный механизм наводки создали серьёзные проблемы при организации серийного производства. Выпуск удалось наладить только к августу, когда было собрано около сорока машин. Но к этому моменту руководство ГАБТУ уже пришло к выводу, что продолжать производство лёгких танков бессмысленно. Они создавались в период острой нехватки средних Т-34, а теперь эта проблема была решена. Кроме того, на фоне появления новых немецких танков 45-миллиметровая пушка Т-80 выглядела откровенно слабой.
Вид на моторно-трансмиссионное отделение машины
Несмотря на прекращение выпуска, танки Астрова не исчезли бесследно. Их удлинённое шасси стало основой для самоходной артиллерийской установки СУ-76М, которая производилась до самого конца войны и стала одной из самых массовых советских САУ.
Совершенно другой Т-80 был создан в 1970-е годы в конструкторском бюро Ленинградского Кировского завода. Изначально задача выглядела относительно просто: адаптировать харьковский Т-64А под установку газотурбинного двигателя. Но в процессе работы ленинградские инженеры фактически создали новый танк, который имел минимальную унификацию с Т-64. Общими остались пушка, механизм заряжания, система управления огнём и ещё несколько компонентов.
Опытный образец «Объект 219 сп 2». У первой модификации ходовая часть была от Т-64 и не выдерживала возросших нагрузок
Т-80 стал первым в мире серийным танком с газотурбинной силовой установкой. Это давало машине выдающиеся динамические характеристики. Существует известная история о роте «восьмидесяток», которая случайно выехала на автобан и обогнала автобус с иностранными туристами. Насколько этот случай реален, судить сложно, но факт остаётся фактом: по асфальту танк действительно разгонялся до 80 километров в час.
Т-80У — самая совершенная модификация советского периода
Серийное производство Т-80 в различных модификациях продолжалось до 1990-х годов. Основная часть машин направлялась в Группу советских войск в Германии и приграничные военные округа. Во второй половине 1980-х эти танки активно заменяли Т-64. Сегодня Т-80 разных версий по-прежнему находятся на вооружении. Наиболее массовые Т-80БВ проходят модернизацию до уровня Т-80БВМ с установкой новой системы управления огнём, тепловизора и современной динамической защиты.
Модернизированный Т-80БВМ на репетиции парада в Мурманске, 2018 год
Су-7: реактивный первопроходец и забытый гибрид
В авиационной истории, особенно в наследии конструкторского бюро Сухого, примеров одинаковых индексов у совершенно разных самолётов особенно много. Один из самых интересных случаев — обозначение Су-7.
Реактивный Су-7, созданный в конце 1950-х годов, известен многим. Как истребитель он был выпущен ограниченной серией, уступив в конкурентной борьбе легендарному МиГ-21. Однако от уже освоенной в производстве машины решили не отказываться.
Второй прототип реактивного Су-7
Самолёт перепрофилировали в истребитель-бомбардировщик, и в этом качестве он выпускался до конца 1960-х годов. Позже машина стала основой для более совершенного семейства Су-17, которое эксплуатировалось десятилетиями. В целом это широко известная страница истории советской авиации.
Но существовал и другой Су-7, о котором сегодня вспоминают редко. В 1944 году Александр Яковлев, занимавший пост заместителя наркома авиационной промышленности, предложил Павлу Сухому разработать высотный истребитель с практическим потолком 15 000 метров. Машина должна была барражировать на высоте 14 000 метров в течение полутора часов и развивать скорость до 670 километров в час. На разработку эскизного проекта выделялся всего один месяц.
Высотный истребитель Су-7 с комбинированной силовой установкой
Проект создавался с расчётом на возможный конфликт с действующими союзниками, у которых имелись высотные бомбардировщики и истребители. Требования для советской авиапромышленности того времени были поистине фантастическими — подобных высотных самолётов в стране ещё не строили. Тем не менее, Павел Осипович взялся за работу.
Тот же самолёт с другого ракурса
В результате появился опытный истребитель на базе штурмовика Су-6 без бронекоробки. На него установили поршневой двигатель АШ-82ФН с двумя турбокомпрессорами ТАК-3 и жидкостный реактивный двигатель конструкции Глушко РД-1-Х3 с максимальной тягой 300 килограммов-силы. Вооружение состояло из трёх 20-миллиметровых пушек.
Испытания с включённым жидкостным реактивным двигателем
Первый полёт состоялся в январе 1945 года. В ходе испытаний удалось достичь практического потолка 12 750 метров и максимальной скорости 705 километров в час с включённым ЖРД на высоте 12 000 метров. Однако испытания выявили ненадёжность жидкостного реактивного двигателя в эксплуатации. Кроме того, из-за использования турбокомпрессоров возникало факеление выхлопных патрубков — проще говоря, из выхлопа вырывалось пламя, сжигавшее краску на бортах фюзеляжа. Все работы по гибридному истребителю прекратили в декабре 1945 года.
«Буран»: от космического корабля до крылатой ракеты
Название «Буран» сегодня прочно ассоциируется с советским многоразовым космическим кораблём, который по трагической иронии судьбы совершил лишь один беспилотный полёт. Однако задолго до космической программы это имя носила совершенно другая система — межконтинентальная крылатая ракета.
Космический «Буран» создавался с 1970-х годов как ответ на американскую программу Space Shuttle. В Советском Союзе обоснованно полагали, что многоразовые корабли США могут использоваться в военных целях — для нанесения ядерных ударов из космоса или инспекции и захвата спутников на околоземной орбите.
Космический корабль «Буран» и ракета-носитель «Энергия» на стартовой площадке
Несмотря на внешнее сходство самих челноков, системы получились принципиально разными. Space Shuttle стартовал при помощи двух пороховых ускорителей и собственных двигателей, питаемых топливом из большого одноразового бака. «Буран» же выводился на орбиту мощнейшим ракетоносителем «Энергия». Программа пала жертвой распада СССР и экономического кризиса. Единственный летавший на орбиту корабль был уничтожен в 2002 году при обрушении крыши монтажно-испытательного комплекса на Байконуре.
Посадка «Бурана» на взлётно-посадочную полосу аэродрома на Байконуре после первого и последнего полёта
Межконтинентальная крылатая ракета «Буран» разрабатывалась в 1950-е годы в КБ Мясищева параллельно с «Бурей», над которой работало КБ Лавочкина. Обе ракеты стартовали вертикально при помощи жидкостных ракетных ускорителей, затем включался маршевый прямоточный воздушно-реактивный двигатель, разгонявший аппарат в горизонтальном полёте до скорости около трёх Махов.
Современная реконструкция внешнего вида крылатой ракеты «Буран»
Для выхода на цель использовалась передовая система астронавигации. Полёт должен был проходить на высотах 24–25 километров, что исключало перехват любыми средствами ПВО тех лет. Внешне обе системы были схожи и создавались для ударов по целям на удалении до 8000–8500 километров. При этом «Буран» был почти вдвое длиннее и должен был нести более мощную боевую часть весом от 3,5 до 5 тонн против 2,3 тонны у «Бури». Также вместо двух предполагалось использовать четыре стартовых ускорителя, а стартовая масса оценивалась в 125 тонн.
Работы по крылатому «Бурану» прекратили осенью 1957 года на фоне успешных испытаний межконтинентальной баллистической ракеты Р-7 и загруженности конструкторского бюро бомбардировщиком М-50. До лётных испытаний дело так и не дошло. По некоторым данным, успели собрать два экземпляра, но их изображения не сохранились. Более компактную «Бурю» испытывали до 1960 года, но и её закрыли из-за отсутствия перспектив и принятия на вооружение МБР.
«Ока»: ядерный миномёт и ракетный комплекс
Именем реки, впадающей в Волгу, в разное время назвали две совершенно разные системы вооружения. Одна из них — самый большой миномёт в истории, предназначенный для стрельбы ядерными боеприпасами. Вторая — оперативно-тактический ракетный комплекс, который на момент появления считался лучшим в мире в своём классе.
420-миллиметровый миномёт 2Б1 был представлен на испытания в 1957 году. Он создавался вместе с 406-миллиметровой пушкой «Конденсатор» в качестве ответа на американские «атомные пушки», развёрнутые в Европе. Огромный самоходный миномёт должен был забрасывать ядерную мину массой 670 килограммов на дальность 25 километров, а активно-реактивную — на все 50. Чтобы обеспечить такие параметры, ствол пришлось сделать длиной более 20 метров. Установили его на модифицированное шасси танка Т-10.
Самоходный миномёт 2Б1 «Ока» в артиллерийском музее Санкт-Петербурга
Теоретически скорострельность установки могла достигать пяти выстрелов в минуту, но только на бумаге. Из-за отсутствия противооткатных устройств шасси при выстреле откатывалось на пять метров, а огромные нагрузки выводили из строя узлы и агрегаты. Поэтому боекомплект орудия в случае начала конфликта состоял всего из одной ядерной мины, которую перевозили на отдельной машине.
Американская пушка M65 и два тягача T10 Heavy Artillery Transporter, которые её перевозили
От 2Б1 отказались в 1961 году после непродолжительной опытной эксплуатации. К тому времени на вооружение приняли тактический ракетный комплекс «Луна», который был значительно проще в эксплуатации, дешевле и надёжнее. При этом он без проблем забрасывал ракету с тактическим ядерным боеприпасом на расстояние до 32 километров.
Тактический ракетный комплекс «Луна»
Любопытно, что хотя от «Оки» отказались уже в 1961 году, 2Б1 вместе с «Конденсатором» продолжали демонстрировать во время парадов на Красной площади вплоть до второй половины 1960-х годов.
«Ока» во время парада на Красной площади
Совершенно другой была оперативно-тактическая «Ока» с индексом 9К714. Это уникальный для своего времени комплекс, ракеты которого на дистанции до 400 километров могли поражать особо важные цели в тылу противника не только ядерными, но и осколочно-фугасными боевыми частями. Такая универсальность стала возможной благодаря высокой точности наведения.
Самоходная пусковая установка ОТРК «Ока» на испытаниях
На момент появления в Европе не существовало систем ПВО и ПРО, способных перехватить ракеты «Оки». Это создавало серьёзные проблемы для НАТО. Однако в 1987 году между СССР и США был заключён Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Формально «Ока» не подпадала под его действие, поскольку нижняя граница дальности ракет, подлежащих уничтожению, составляла 500 километров, а предельная дальность пуска у 9К714 не превышала 450 километров. Тем не менее, американская сторона настояла на своём, и советское руководство согласилось.
Ракета 9М714 комплекса «Ока»
К 1989 году все пусковые установки — порядка ста единиц — и запас ракет, около двухсот штук, были сняты с вооружения и ликвидированы. Это стало одной из самых спорных страниц в истории разоружения, поскольку уникальный комплекс был уничтожен, не имея прямых аналогов у потенциального противника.
Пусковая установка «Оки» с ракетой с инертной боевой частью
История советской военной техники полна удивительных совпадений и пересечений. За одинаковыми названиями скрываются совершенно разные инженерные школы, эпохи и концепции. Изучая такие параллели, начинаешь лучше понимать, насколько сложным и многогранным был путь развития оборонных технологий в нашей стране. Иногда за одним индексом стоит целая драма — от амбициозных планов до вынужденного отказа, от триумфа до забвения.
Уникальный ракетный комплекс «Ока» стал одной из жертв политических решений эпохи перестройки
Подобные истории заставляют задуматься о том, как часто судьба боевой техники зависит не только от её характеристик, но и от политической конъюнктуры, экономических возможностей и простого стечения обстоятельств. Именно поэтому военная история остаётся одной из самых увлекательных областей для изучения.